пятница, 29 июля 2016 г.

Жил-был Миколка, самодержец всёй Руси

Среди дворовых песен политизированного содержания, это фольклоризованное стихотворение Анатолия Флейтмана "Год тысяча девятьсот юбилейный", написанное после отставки Никиты Хрущева в октябре 1964 года и положенное на трех-аккордную музыку, заняло по праву почетное место. Нравилось в нем все – и стиль, и нарочитая простота, и легкость исполнения, и шаржевое содержание. Песню пели на пьянках, в подворотнях, и в определенных лагерях, уже не говорю о студенческих стройотрядах и походах.



Год тысяча девятьсот юбилейный

Анатолий Флейтман

Жил-был Миколка, самодержец всёй Руси.
Хоша на рыло был он малость некрасив,
При ём водились караси,
При ём плодились пороси,
Ну, в обчем, было чего выпить-закусить.

Но в феврале его маненечко тово…
Тады всю правду мы узнали про ево:
Что он жидочиков громил,
Что он рабочих не кормил,
Что не глядел он дале носу своево.

Жил-был товарищ Сталин, родный наш отец.
Он строил домны, строил ГЭСы, строил ТЭЦ.
При ём колхозы поднялись,
У лордов слёзы полились,
Капитализьму наступил тады п…ц.

Но как-то в марте он маненечко тово…
Тады всю правду мы узнали про ево:
Что он марсизим нарушал,
Что многих жизни порешал,
Что в лагеря загнал он всех до одново!

Жил-был Микитушка, сам ростиком с аршин,
Зато делов уж больно много совершил:
При ём пахали целину,
При ём пихали на луну,
При ём дорвались до сияющих вершин!

Но в октябре ево маненечко тово…
Тады всю правду мы узнали про ево:
Что он с три хера накрутил,
Что он Насера наградил
И что свербило, дескать, в жопе у ево.

А мы по-прежнему всё движемся вперёд,
А ежли кто-нибудь случайно и помрёт,
Так ведь на то она история,
Та самая, которая
Ни столько,
 ни полстолька
        не соврёт!

Анатолий Флейтман. Я демон-шут. [Б.м.]: 1991.



Я написал всего четыре песни: "Теория относительности" и "Меченые атомы" — на известные существующие мотивы, "Год тысяча девятьсот юбилейный" и "Год 1825-й" на собственные сымпровизированые мотивы. Песня "Год 1812-й" была написана как стихотворение, к которому Юрий Стоянов позже сочинил мотив и убедил меня переработать это стихотворение, подчинив его песенным законам (тройной рефрен и пр.)

А что касается песни "Жил-был Миколка" ("Год тысяча девятьсот юбилейный"), то она начиналась, как и все, что я написал, с поразившей меня мысли – в данном случае о том, что любой российский правитель утверждается на отрицании предыдущего. Все мои мысли всегда были антисоветского свойства, поэтому я никогда не пытался произнести их вслух перед официальным микрофоном, не желая по воле инквизиции совершить переход от микрофона к костру.

Однако в компании друзей я всегда читал и пел написанные мною стихи и песни, и однажды хорошо владеющий гитарой мой знакомый актер Саша Масленников, ныне живущий в США, наиграл с моего голоса "Николашку", записал слова, и, очевидно, с его струн она потом сорвалась и стала ходить по стране.
Анатолий Флейтман




Впрочем, несмотря на то что авторская песня закончилась отставкой Хрущева, в народе появились различные вариации и продолжения. Сейчас бы такие произведения назвали бы фанфиками.

Вот один из вариантов продолжения этой песни:

Вот Лёня Брежнев был для нас ну просто клад –
На нём и места не осталось для наград.
Он наша гордость, наш кумир,
Он был большой борец за мир,
И целовал взасос всех мужиков подряд.

Да вот и с ним тогда случилося того...
И мы узнали всё, что знали про него.
Что головою был он слаб
И что любил пощупать баб,
Пошупать только во и боле ничего.

Как вождь, Михал Сергеич был отважен, смел.
Он “на’чать и углу’бить” новый курс сумел.
При нем народ пить перестал,
про принцип гласности узнал;
Дух перестройки поднял ветер перемен.

Когда же распрощалась с ним страна,
уже мы знали, в чем была его вина:
с трибун словесная струя,
а в магазинах ни ... чего,
и всей причиною тому - его жена.

Настал в России демократии момент,
И вот наш Ельцин, понимаешь, президент.
Народ его боготворил,
“да”, ”нет” как надо говорил,
и в путь за ним к капитализму поспешил.

Но путь реформ - не праздник, не запой.
Узнали вскоре люди: Ельцин-то плохой.
Он воровской базар развел,
Союз Советский расколол;
он оккупант, совместно со своей “семьей”.

А мы шагаем все и движемся вперед.
И вот уж новому вождю прийти черед.
Пусть будет им из нас любой,
но кем бы ни был он собой -
наш глаз критический насквозь его проткнет.

Он не обманет нас, не проведет.
В конце концов о нем узнает весь народ:
что он такой, что он сякой,
что он, подлец, антигерой,
что надо гнать, да и “мочить” его! Долой!



…или вот еще такой куплет, добавляющий новые действующие лица в эту поэтическую балладу:

Потом Андропов правил нами целый год.
Потом Черненко — то был просто анекдот!..
Заместо их пришёл кумир.
Его приветствовал весь мир.
Он совершил в стране большой переворот.
Но в декабре его немножечко того…
И тут всю правду мы узнали про него;
Руководить он не умел
В швейцарском банке счёт имел
И что с цейрушниками связан был давно.




А дальше? Ждем!
И чего ждем?
Да конечно продолжения… про ВОВУ!



Источники и Дополнительная Информация:


Комментариев нет:

Отправить комментарий