воскресенье, 6 ноября 2016 г.

Это станция Гаага, мы заждались Вас уже (или Путешествие из Москвы в Гаагу)

Российский актер Михаил Ефремов представил номер "Ульти-шах и ульти-мат", в котором в сатирической форме рассказывается об ультиматумах, которые президент РФ Владимир Путин поставил Западу.  Стихотворение, прочитанное Ефремовым, было написано российским поэтом Андреем Орловым, известным под псевдонимом Орлуша, на мотив известного детского произведения Самуила Маршака про рассеянного с улицы Бассейной.




Концерт под названием "Господин Хороший" прошел в московском Crocus City Hall 20 октября. Ефремов читал эти стихи на сцене, будучи одетым в белую смирительную рубашку и с наполеоновской треуголкой на голове.



Когда-то, много лет назад, в году так 1988 от Рождества Христова, были у меня задушевные беседы (не по моей инициативе) с представителями Комитета Глубокого Бурения, во время которых мне предстояло самому понять какие преимущества может значить для меня сотрудничество с могущественной организацией. Было сильно противно и немного страшно, так как тогда еще не совсем было ясно в какую сторону повернется Перестройка. Запомнилась одна сентенция: «При Сталине мы бы тебя изничтожили вмиг, при Брежневе – посадили, а сейчас – гуляй… пока. Так вот, мне сейчас реально страшно за тех, кто сейчас поднимает голос против преступного правительства России, да еще так остроумно и всенародно.

О том, почему "Господин хороший" до сих пор не закрыли, доверительно поведал Миру Владимир Познер. На своей странице в социальной сети Instagram Познер ответил на вопрос журналиста издания Лайм о том, почему артисты продолжают беспрепятственно выступать, несмотря на цензуру и культ личности Путина, существующий в современной РФ.

Прежде всего, заявил Познер, никакого культа личности Путина в России нет. При этом он сослался на "сталинские времена", которые, по его словам, застал, в то время как его собеседник – нет.  Познер заявил, что тогда о Сталине говорили "как о полубоге", а о Путине сейчас, по его словам, ничего подобного не пишут. При этом, по мнению российского журналиста, во ряде СМИ присутствует "весьма жесткая" критика российского президента.

В то же время ведущий признал, что "Господин хороший" – это отдушина, которую власти оставили населению, чтобы "выпускать пар".

"Вы никогда ничего подобного не увидите и не услышите на федеральном телеканале. Почему? Потому, что уж слишком велика аудитория. И будьте спокойны, если только властям покажется, что "Господин хороший" стал достоянием слишком многочисленной аудитории, его закроют в мгновение ока"", ― полагает Владимир Познер.



Отдушина – не отдушина, но при нынешней травле инакомыслящих в России, найдется немало желающих добровольцев очистить Родину Скреп от либерастической заразы.

А сейчас, посмотрите виде сами:



ВОТ, КАКОЙ РАССЕЯННЫЙ ПРЕЗИДЕНТ РАССЕИ, НАХ!



Жил в стране Рассее (нах)
Президент рассеянный


Сел он утром на кровать,
Начал карту рисовать.
Крым рисует карандаш,
Говорят ему: не наш.


На окраине России
Он рисует город Киев,
А совсем уже у нас –
Мелитополь и Донбас.


Вот какой рассеяный 
Президент Рассеи, нах!


Одеваться он решил –
«Искандеры» насмешил:


В рукава засунул руки –
Оказалось, это «буки».


Вместо шапки на парад
Он надел ракету «Град».


Вместо плавок он на пляже
Появился в камуфляже.


Покемона не поймал,
Почту Хиллари сломал,


Вот какой рассеяный 
Президент Рассеи, нах!

!


Вот какой рассеяный 
Президент Рассеи, нах!


На вокзал приехал он
Прибегает на перрон,
Со словами: — Мне в ООН!
Сел в отцепленный вагон,


Ластик, ручка, промокашки,
Разложил в купе бумажки,
В них почти ни слова матом,
Потому, что уль-ти-матум!


В ультиматуме – слова:
«Дайте денег!» (в пункте два)
«Компенсируйте затраты»
«Уберите нафиг НАТО»
«Крым признайте и Донбасс»
(это – выше, в пункте раз)
«А иначе, отвечаем,
Мы вас всех напоим чаем!
В чае, если кто не понял,
Вместо сахара – плутоний!»


Всё два раза прочитал
И решил, что он устал,
Сел в углу перед окном
И заснул спокойным сном?


-- Это что? Нью-Йорк? Пора?
Президент кричит с утра,
А с платформы: — Фиг вам два!
Это станция Москва.


Он опять поспал немножко
И опять взглянул в окошко.
По платформе ходят геи…
— Мы уже в Европе? Где я?
Но опять звучат слова:
— Это станция Москва.


Он помял подушку ухом,
Глядь в окно: кругом разруха,
Люди выглядят нелепо…
— Мы на станции Алеппо?
А в ответ таджика два:
— Ета станцыя Масква!


Он ещё проспал три года
Для спасения народа


Просыпается. Зевнул,
И опять в окно взглянул:
— Что за станция без флага?
Что за девки в неглиже?
Говорят ему: — Гаага.
Мы заждались вас уже!


Он смеётся: — Не вопрос!
Ультиматум вам привёз!


Вот какой рассеянный
Президент Рассеи, нах.





Источники и Дополнительная Информация:



вторник, 27 сентября 2016 г.

«Испортить себе некролог» Бориса Акунина с кратким послесловием

Автор: Борис Акунин

18 апреля, 2014

     Не знал, кто автор этого расхожего выражения. Оказывается, (Гугл подсказал), всё тот же Лев Рубинштейн.

     Смысл понятен. Это когда какой-то известный человек живет достойным образом, обзаводится почтенной репутацией, а потом вдруг совершает нечто такое, после чего относиться по-прежнему к нему уже не получается. И все говорят: «Да, конечно, стыд и срам. Но зато какой он был раньше…»

     С этой опасностью чаще всего сталкиваются художники, которым не повезло посетить сей мир в его минуты роковые.

     Наверное, самый хрестоматийный и ужасно грустный пример испорченного некролога – Алексей Максимович Горький.

     Невероятно сильный талант, очень красивая жизнь, в которой было всё: мощные книги и всемирная слава, любовь прекрасных женщин и обожание читателей, большие гонорары и большая щедрость, борьба с диктатурой царизма и борьба с диктатурой большевизма. Если бы Алексей Максимович умер десятью годами раньше, в эмиграции, он остался бы в нашей памяти как одна из самых светлых фигур русской культуры.

     Но финал его жизни был так жалок, что перечеркнул все былые заслуги. Поездка на Соловки посмотреть на перевоспитание зеков; восторженный отчет об этой поездке; «Если враг не сдается – его истребляют»; особняк Рябушинского; Нижний Новгород, переименованный в город Горький при живом Горьком…  Господи, до чего же всё это стыдно.



     Или Кнут Гамсун. В восемьдесят лет – живой классик. В девяносто – позор норвежской нации, осужденный за поддержку фашистов. Пел дифирамбы Гитлеру, преподнес свою нобелевскую медаль Геббельсу. Мафусаила пожалели, в тюрьму не посадили. Доживал, как зачумленный. И сейчас невозможно читать «Плоды земли», не помня о том, к чему в конце концов пришел автор знаменитого романа.

     Всё дело в том, что большой художник в чем-то очень силен, а в чем-то очень слаб. На этом они, бедные, и подламываются.

     Воланды и его мелкие хвостатые родственники отлично знают, на чем можно поймать Мастера.

     Он часто бывает тщеславен и падок на почитание. Его надо по шерстке, по шерстке, да сахарку ему, да золотую дверцу распахнуть. Он и не поймет, что дверца ведет в золотую клетку. А войдет – хлоп, и обратной дороги нет.

     Максима Горького большевики и гепеушники обхаживали очень долго, ключики подбирали терпеливо, сам Вождь не жалел времени и усилий – писал душевные письма: «Ввиду горячки в работе, не писал Вам. Это, конечно, нехорошо. Но Вы должны меня извинить». Какой человек извинения просит, подумать только!

     А Гамсуном восхищался Геббельс и уважил своим личным вниманием фюрер германской нации. Один великий человек, так сказать, оценил величие другого великого человека.



     Есть два железных правила, которые предохраняют художника от испорченного некролога.

     Во-первых, держись подальше от диктаторов и авторитарных правителей (а лучше вообще от всяких правителей, ну их к лешему).

     Во-вторых, как бы ты ни был эстетически сложен, оставайся этически прост. Любуясь оттенками серого, не разучись отличать черное от белого.

     В общем, не спи, не спи, художник. Придет серенький волчок и испортит некролог.


Послесловие

Послесловие действительно будет коротким, потому как Борис Акунин сказал емко и ясно все что накипело. Да вот беда какая, заметка написана 2 года назад, а актуальность ее возрастает в геометрической прогрессии. Неужели так страшно стало жить в современной России, что достойные люди не только не опасаются замараться поддержкой существующей власти, но напротив, бегут наперегонки для выражения своей любви к партии и правительству, а также скрепопослушания, крымнашения, и прочих верноподданнических чуйств.  

Так и уйдут в памяти народной, запачканные в навозе, Олег Табаков, Юрий Кара, Павел Лунгин, Дмитрий Месхиев, Карен Шахназаров, Леонид Броневой, Марк Захаров, Валентин Гафт, Юнна Мориц, и некоторые других общественные деятели, ранее уважаемые, а ныне не очень. Впрочем, зачем перечислять всех, когда все эти списки уже официально растиражированы в Сети.

Предвижу возражение: а если кто-либо из этих действительно верит, что захват территории братского государства является знаком силы, мужества, и возрождения нации? Оченно мне сомнительно. Нет, конечно, такие записные подонки, как Говорухин и Кобздон не в счет. Они действительно верят, что потеряв поддержку власти, они потеряют кормушку, так что для них патриотизм – не пустое слово. Юнна Мориц тоже наверняка искренна в своем экстатическом бреде. Но вот для остальных упомянутых, кроме банального страха и нежелания выделяться, у меня других объяснений нет.

И с каждым новым именем в этом символическом списке становится больно, как будто теряешь близких людей, которым когда-то доверял, которых когда-то любил…




воскресенье, 11 сентября 2016 г.

О "любви" Путина к женщинам и детям

Автор: Вадим Довнар





Мы будем стоять за женщинами и детьми. Не спереди, а сзади.
(Владимир Путин 2014 год - при оккупации Крыма)



8 сентября 1999 года в Москве на улице Гурьянова был взорван жилой дом. Операция "Преемник" по приведению к власти мало кому известного тогда чекиста началась.



Много позже он сформулирует принцип "Мы будем стоять за женщинами и детьми. Не спереди, а сзади". Но руководством к действию эта тактика была уже в том сентябре.

Тогда в преступлении обвинили чеченцев. И Путин начал войну в Чечне. В ходе нее погибло много женщин и детей.



А рейтинг Путина рос.

"Утонула" подлодка "Курск". И в ответ на упреки в свой адрес ВВП обвинил жен моряков. Дескать, их купили. Контролируемый теракт на Дубровке ("Норд-Ост"). Доказано, что среди террористов был чиновник из Администрации президента. Он беспрепятственно ушел из зала.

А множество "спасаемых" женщин и детей – нет.



Сурово хмурил в камеру брови популярный политик. Трагедия в школе Беслана. И вновь проблема решается открытием огня по помещению, набитому заложниками.

Да, да…женщины и дети.

Однако операция названа успешной. Народ любит борца с терроризмом. Это все чеченцы виноваты…



Проблем с виноватыми не было никогда. Балтам что-то не нравится. Получите − погромы. Поляки носом воротят. Как-то неловко самолет разбился со всем руководством страны. Ай-ай, погодные условия не подгадали. Грузия. Война. Оккупация территорий. Сами виноваты, спровоцировали нас. А лес рубят – щепки летят.

В Крыму, говорил, готовы были применить ядерное оружие. Так неча на Майданы выходить было. "Поезда дружбы" уже набирали ход. Что оставалось делать?

Правда, в тот раз все-таки женщин и детей использовали по-другому, но это уже их проблемы.



Толи дело, гражданское население Донбасса. И тв - картинку "ужасов хунты" создали и проблему с содержанием уменьшили. Просто самим фактом сокращения численности населения освобожденных городов и сел.

89% россиян захлебываются в любви к нацлидеру…

Так что, "эхо" того взрыва на улице Гурьянова нас будет накрывать и дальше. Пока "Кремль" не будет разрушен.




пятница, 29 июля 2016 г.

Жил-был Миколка, самодержец всёй Руси

Среди дворовых песен политизированного содержания, это фольклоризованное стихотворение Анатолия Флейтмана "Год тысяча девятьсот юбилейный", написанное после отставки Никиты Хрущева в октябре 1964 года и положенное на трех-аккордную музыку, заняло по праву почетное место. Нравилось в нем все – и стиль, и нарочитая простота, и легкость исполнения, и шаржевое содержание. Песню пели на пьянках, в подворотнях, и в определенных лагерях, уже не говорю о студенческих стройотрядах и походах.



Год тысяча девятьсот юбилейный

Анатолий Флейтман

Жил-был Миколка, самодержец всёй Руси.
Хоша на рыло был он малость некрасив,
При ём водились караси,
При ём плодились пороси,
Ну, в обчем, было чего выпить-закусить.

Но в феврале его маненечко тово…
Тады всю правду мы узнали про ево:
Что он жидочиков громил,
Что он рабочих не кормил,
Что не глядел он дале носу своево.

Жил-был товарищ Сталин, родный наш отец.
Он строил домны, строил ГЭСы, строил ТЭЦ.
При ём колхозы поднялись,
У лордов слёзы полились,
Капитализьму наступил тады п…ц.

Но как-то в марте он маненечко тово…
Тады всю правду мы узнали про ево:
Что он марсизим нарушал,
Что многих жизни порешал,
Что в лагеря загнал он всех до одново!

Жил-был Микитушка, сам ростиком с аршин,
Зато делов уж больно много совершил:
При ём пахали целину,
При ём пихали на луну,
При ём дорвались до сияющих вершин!

Но в октябре ево маненечко тово…
Тады всю правду мы узнали про ево:
Что он с три хера накрутил,
Что он Насера наградил
И что свербило, дескать, в жопе у ево.

А мы по-прежнему всё движемся вперёд,
А ежли кто-нибудь случайно и помрёт,
Так ведь на то она история,
Та самая, которая
Ни столько,
 ни полстолька
        не соврёт!

Анатолий Флейтман. Я демон-шут. [Б.м.]: 1991.



Я написал всего четыре песни: "Теория относительности" и "Меченые атомы" — на известные существующие мотивы, "Год тысяча девятьсот юбилейный" и "Год 1825-й" на собственные сымпровизированые мотивы. Песня "Год 1812-й" была написана как стихотворение, к которому Юрий Стоянов позже сочинил мотив и убедил меня переработать это стихотворение, подчинив его песенным законам (тройной рефрен и пр.)

А что касается песни "Жил-был Миколка" ("Год тысяча девятьсот юбилейный"), то она начиналась, как и все, что я написал, с поразившей меня мысли – в данном случае о том, что любой российский правитель утверждается на отрицании предыдущего. Все мои мысли всегда были антисоветского свойства, поэтому я никогда не пытался произнести их вслух перед официальным микрофоном, не желая по воле инквизиции совершить переход от микрофона к костру.

Однако в компании друзей я всегда читал и пел написанные мною стихи и песни, и однажды хорошо владеющий гитарой мой знакомый актер Саша Масленников, ныне живущий в США, наиграл с моего голоса "Николашку", записал слова, и, очевидно, с его струн она потом сорвалась и стала ходить по стране.
Анатолий Флейтман




Впрочем, несмотря на то что авторская песня закончилась отставкой Хрущева, в народе появились различные вариации и продолжения. Сейчас бы такие произведения назвали бы фанфиками.

Вот один из вариантов продолжения этой песни:

Вот Лёня Брежнев был для нас ну просто клад –
На нём и места не осталось для наград.
Он наша гордость, наш кумир,
Он был большой борец за мир,
И целовал взасос всех мужиков подряд.

Да вот и с ним тогда случилося того...
И мы узнали всё, что знали про него.
Что головою был он слаб
И что любил пощупать баб,
Пошупать только во и боле ничего.

Как вождь, Михал Сергеич был отважен, смел.
Он “на’чать и углу’бить” новый курс сумел.
При нем народ пить перестал,
про принцип гласности узнал;
Дух перестройки поднял ветер перемен.

Когда же распрощалась с ним страна,
уже мы знали, в чем была его вина:
с трибун словесная струя,
а в магазинах ни ... чего,
и всей причиною тому - его жена.

Настал в России демократии момент,
И вот наш Ельцин, понимаешь, президент.
Народ его боготворил,
“да”, ”нет” как надо говорил,
и в путь за ним к капитализму поспешил.

Но путь реформ - не праздник, не запой.
Узнали вскоре люди: Ельцин-то плохой.
Он воровской базар развел,
Союз Советский расколол;
он оккупант, совместно со своей “семьей”.

А мы шагаем все и движемся вперед.
И вот уж новому вождю прийти черед.
Пусть будет им из нас любой,
но кем бы ни был он собой -
наш глаз критический насквозь его проткнет.

Он не обманет нас, не проведет.
В конце концов о нем узнает весь народ:
что он такой, что он сякой,
что он, подлец, антигерой,
что надо гнать, да и “мочить” его! Долой!



…или вот еще такой куплет, добавляющий новые действующие лица в эту поэтическую балладу:

Потом Андропов правил нами целый год.
Потом Черненко — то был просто анекдот!..
Заместо их пришёл кумир.
Его приветствовал весь мир.
Он совершил в стране большой переворот.
Но в декабре его немножечко того…
И тут всю правду мы узнали про него;
Руководить он не умел
В швейцарском банке счёт имел
И что с цейрушниками связан был давно.




А дальше? Ждем!
И чего ждем?
Да конечно продолжения… про ВОВУ!



Источники и Дополнительная Информация: